Стать своим

Я постоянно живу в Греции уже 9 лет, а люблю ее еще с 2001 года – с  тех пор, как начала учить ее язык. За это время я прошла в этой стране через то, чего в своей родной не довелось. Я рожала в греческих больницах, делала документы в греческой полиции, давала показания в греческом суде… Работала в греческих компаниях, плавала на греческих кораблях, получала стипендию в греческих университетах. Я преподаю ее язык и говорю на нем, надо сказать, получше некоторых греков. Одну старушку я изумила своим знанием имен целой династии византийских императоров вместе с их женами. Меня приглашают на чай знакомые греческие мамаши и даже спрашивают совета насчет отношений с мужьями, воспитания детей и посадки картошки.

Но делает ли все это меня СВОЕЙ?

Я, помню, всегда мечтала, чтобы меня принимали за гречанку. Я училась говорить без акцента и вворачивать в речь сленговые словечки, я хорошо знаю греческие реалии и запросто могу рассуждать на многие темы — от футбольных команд до политических партий и где в этом году был лучше февральский карнавал. Помню совет для нелегалок: «Одевайся в черное, кури и держи сумку не со стороны дороги.» Я не курю, черный цвет не люблю, а сумку, так уж повезло, ни разу у меня не срезали дикие мотоциклисты, хотя с подругами такое не раз случалось.

Но сойти за гречанку мне удавалось только по Интернету. Моя внешность вызывает у всех продавцов и киоскеров вопль: «Наташа! Россия! ЛУБЛУ!», а речь упорно не желает приобретать греческий шипящий акцент. «Слишком она у тебя певучая», — признает муж и добавляет: «На Крите это в самый раз, тут все так разговаривают». Ну, так это Крит! Остров этот вообще очень интернациональный. Здесь один грек на пять иностранцев, и никого мои страдания «стать своей» не волнуют. Здесь коротают век в благодатном климате британские и немецкие пенсионеры, работают экскурсоводами россиянки и француженки. Здесь и не надо становиться своим. Купайся в море, ешь помидоры и арбузы и радуйся жизни.

Но у меня, видимо, слишком загадочная душа. Я отдала за эти годы Греции и греческому языку всю себя, я люблю их безумно и бескорыстно, и все же… иногда хочется что-то получить в ответ. Нет, разумеется, у меня есть любовь мужа и детей, документы, дающие право мне жить и работать здесь, дом, гора вещей, куча кошек и собак, каждое утро ожидающих от меня кормежки, и соседи, всегда вежливо говорящие «Καλημέρα, τι κάνεις;» (Доброе утро, как дела?) А я принимаю отовсюду сигналы: «Нравится здесь – живи. Нет – уезжай. Плакать не будем. Ты нам, собственно, кто?»

Да, у меня чувство, что со мной всегда держат вежливую дистанцию. Нас мало приглашают в гости, меня наверняка не попросят стать чьей-нибудь крестной, знакомая продавщица в магазине уже 5 лет мило болтает за жизнь и насыпает в кулек детям конфет, но на день рожденья не придет. Одно время, задолго до замужества, я жила в греческой семье, и, несмотря на превосходное знание греческого, Я ИХ НЕ ПОНИМАЛА. Я не понимала их шуток, их отношений, их страхов. Я не понимала, как мать может заставлять 12-летнюю дочку бесконечно мыть полы, отвечать на телефонные звонки и быть нянькой для младшего ребенка, и в то же время сдувать пылинки с 18-летнего сына и еженедельно покупать ему новый мобильный. Не понимала, почему приготовленную еду не ставят в холодильник, а просто выбрасывают на следующий день все, что осталось, в мусорник. Почему до крестин нельзя вслух называть имя ребенка, и как можно снимать сглаз по телефону и ничего не дарить на день рождения? Зачем ежедневно драить дом хлоркой, будто он зачумленный, но самим при этом мытье не жаловать?

А, может, просто в чужой монастырь  со своим уставом не ходят? Многое бы поняли они, если бы приехали жить в Украину? Даже сейчас мой муж с трудом понимает, как я могу в такую жару трижды в день пить горячий чай, и почему обижаюсь, если меня не поздравить хоть раз с праздником. Соседки ужасаются, что я вожу детей гулять зимой в дождь и позволяю кошке спать в кроватке младенца, не пью кофе и не жарю на Пасху барана. Я постаралась, в отличие от многих моих соотечественников, не выстраивать вокруг себя маленькую Украину, а принять как есть и полюбить греческую реальность. И все же моя «иностранная природа» лезет изо всех щелей и задевает за углы.

А, может, и не надо этого деления на «свой – чужой»? Я сама, грешным делом, в разговоре спрашиваю: «А она замуж за грека вышла или за нашего? А вы тут с нашими общаетесь? А на концерте много наших было?» А потом обижаюсь, что не принимают «за свою». В конце концов, если б мой муж хотел жениться на гречанке, он бы на ней и женился! Значит, надо в себе поддерживать свои особенности, гордиться ими и добиваться гармонии с окружающими! Разве все греки так уж хорошо уживаются с другими греками? И была ли я по-настоящему своей в Украине? Нет, особо нет, если честно. Я всегда была немножко инопланетянином. Может, потому что не пью алкоголь, не ем сала и соленых помидоров, не люблю смотреть телевизор и ходить по магазинам. Подруги со мной скучали – ни новое шоу талантов обсудить, ни новую сумку, ни напиться, в конце концов.

А грекам, надо сказать, все равно. Они сами соленых помидоров и сала не едят. Телевизор, правда, смотрят, и очень много. И кофе много пьют. Ну так вместо кофе можно соку попросить, а телевизор – он тоже на греческом. Для практики языка полезно. А дома у меня его нет. И все довольны.

Греция! Ты всегда будешь моей. А стану ли я твоей – это вообще неважно. Я здесь живу и мне хорошо!

Комментарии